Советские гитары: Форумы / Бас-гитары / Чебоксарский "Шарм"

22.02.2026, 13:25

ID пользователя #1918
Зарегистрирован: 07.06.2010, 13:49
Местонахождение: Одинцово/Москва
Сообщений: 1590

Уже достаточно давно, около 10 лет назад, я приобрел шестиструнный мастеровой бас, который все эти годы оставался своего рода «белым пятном» в нашем скромном сообществе. Инструмент обладал характерными чертами: тяжелый бронзовый (!!!) бридж, датчики с маркировкой «BR», специфическая форма корпуса и черное покрытие, со временем дающее зеленоватый оттенок. Тема с первичной попыткой идентификации этого баса была утрачена (видимо, удалена админами за ненадобностью).

Впоследствии, в октябре 2024 на форуме появилась вот эта тема [link] где пользователь Zayazz пытался идентифицировать бас, явно того же мастера. Но и там окончательную идентификацию произвести не удалось. И бас продолжал оставаться «белым пятном».

Продавец, у которого я приобретал инструмент, сообщил, что инструмент изготовлен в конце 1980-х годов мастером из города на букву «П» (были версии, что Пермь, Пенза или Прокопьевск) для отца своего знакомого. Дальнейшее изучение показало, что эта информация, скорее всего, ошибочна, а авторство баса принадлежит другому мастеру.

Цель данной статьи — зафиксировать результаты расследования, которое позволило установить автора инструмента, восстановить историю производства и технические характеристики модели, а также закрыть вопрос, долгое время остававшийся открытым для коллекционеров.

По ходу поисков сообществе была зафиксирована информация о как минимум трех инструментах того же автора, принадлежавшие профессиональным музыкантам:

Павел Усанов (группа «Любэ») — шестиструнный бас красного цвета, зафиксирован на фотографиях.

Юрий Махин (группы «Черный Кофе», Владимир Кузьмин) — пятиструнный бас (устное свидетельство).

Виталий Осташов (группа Юрия Антонова) — шестиструнный бас (устное свидетельство).

В комментариях к видео, которое я опубликовал на YouTube [link] было высказано предположение, что автором может быть московский мастер Иван Барбашов, известный изготовлением гитар-балалаек для группы «Парк Горького». Но это был ложный след (хотя я и повелся).

В итоге имелся следующий массив исходной информации:

Инструменты производился в ограниченном количестве, ориентировочно в первой половине 1990-х годов.

Заказчиками выступали в том числе известные музыканты.

Фурнитура (бридж, антабки, верхний порожек) изготовлена из бронзы, что предполагает наличие доступа к промышленному оборудованию.

Датчики с маркировкой BR.

Лакокрасочное покрытие черного цвета со временем приобретало зеленый оттенок, что указывает на использование определенного типа красок.

Наконец, в комментариях под тем же видео, но уже в ВК [link] появился сначала человек, которому сейчас принадлежит бас Павла Усанова, затем мастер, который занимался его реставрацией, следом – дочь мастера, который делал эти гитары, а в конечном итоге – и сам автор басов «Шарм» (о названии чуть ниже).

Им оказался Амир Шарипов из Чебоксар.

Мы созвонились, и он подробно рассказал историю создания этих басов.

Всё изложенное ниже основано на его словах.

Итак, Амир Шарипов — музыкант и мастер из Чебоксар. В конце 80-х-начеле 90-х годов он играл в джаз-банде, который базировался в ДК приборостроительного завода (ныне АО «Элара» [link] ). Как и многие в те годы, он столкнулся с проблемой отсутствия качественных инструментов. Гитары он начал делать ещё в школе, первую продал однокласснику. После начала работы в ДК приборостроительного завода (вся группа числилась работниками завода) Амир получил доступ к людям, имевшим доступ к оборудованию и материалам предприятия, что, разумеется, нашло отражение в фурнитуре и электронике производимых им инструментов (подробности чуть ниже).

Как водится, в начале были копии Фендеров и прочих японцев (все модели, которые он копировал, Амир не перечислял, но, как я понял, в основном это были как раз японцы, поэтому при всплытии качественной копии каких-нибудь Ямах, произведенных на стыке 80-х и 90-х, особенно если они всплывают где-то в Поволжье, вот вам ещё один «обычный подозреваемый»).

Ключевую роль в дальнейшей судьбе и развитии сыграл Юрий Махин. На тот момент Юрий уже был известным бас-гитаристом, игравшим в группах «Черный Кофе» и у Владимира Кузьмина. Насколько я понял, именно он стал первым заказчиком баса именно такой формы. И впоследствии, в целом достаточно много сделал для развития производства Шарипова – находил заказчиков, помогал с дистрибьюцией, доставал фурнитуру (которая копировалась в цеху Элары), ну и в целом, как я понял, очень много помогал.

Именно в честь этого тандема рассматриваемая модель получила свое полуофициальное название «ШАРМ» — от фамилий ШАРипов и Махин. По словам Амира, он сделал несколько инструментов с логотипом «ШАРМ», разместив их на нескольких ранних экземплярах (но не на экземпляре самого Махина), но результат ему визуально не понравился. В дальнейшем он отказался от нанесения логотипов, поэтому подавляющее большинство инструментов ушло к заказчикам без каких-либо опознавательных знаков.

Возможность изготавливать фурнитуру промышленного качества появилась благодаря месту работы. Приборостроительный завод в Чебоксарах выпускал продукцию для авиационной техники и располагал полным набором станочного оборудования и, главное, людьми, которые могли на этом оборудовании сделать хоть черта лысого. Джаз-банд, в котором играл Шарипов, числился при ДК завода, а сами музыканты были формально трудоустроены в одном из цехов.

По словам Амира, схема была аналогична той, которую описывал Виктор Григорьев при создании Russtone. Махин привозил фурнитуру (те же Gotoh колки), которая передавалась соответствующему человеку в цех, и по этим образцам изготавливались точные копии.

Часть фурнитуры – тот же бридж, как на моем экземпляре, изготавливались там же, по оригинальным чертежам Амира.

Фурнитура получалась не просто качественной, а избыточно прочной — характерная черта инструментов, рождённых в цехах оборонных предприятий, где допуски и запасы прочности закладывались с большим запасом. Впоследствии (уже под занавес производства, во второй половине 90-х), ставилась уже покупная фабричная фурнитура (Gotoh и т.д.), которая покупалась преимущественно через Александра Шамрая.

Помимо фурнитуры, там же на Эларе изготавливались преампы для активной электроники (чуть ниже подробнее).

Что касается дизайна и формы корпуса и головы грифа. Со слов Амира Шарипова, источником вдохновения служила Fodera.

Насколько я понял, это не копия какой-то конкретной модели Фодеры, а модель «по мотивам» Сам мастер точную модель, на которую он ориентируется не знает по имени. Садясь за написание этого текста, я немного полазил по интернету, поизучал модельный ряд Фодеры, но не смог найти баса, который был бы действительно прям очень близким по дизайну.
Я бы предположил, что «Шарм» основан на дизайне двух моделей Fodera Imperial в безголовой версии (см. чуть ниже) и Fodera Monarch. Вероятно, итоговая форма стала результатом переработки этих двух источников в единый шаблон, адаптированный под имеющиеся производственные возможности. Но это уже моя фантазия. Дословно со слов Амира – эта модель разработана «на основе Фодеры». Думаю, что нам этого будет достаточно.

Важная особенность разработанной формы — её универсальность. При проектировании закладывалась возможность установки разных типов бриджей. Нижняя часть корпуса позволяет монтировать как стандартный бридж (как на моём экземпляре), так и бриджи с колковой механикой для безголовых басов. Соответственно, помимо басов с головой и без нее, такой формы выпускались как обычные ладовые, так и безладовые версии инструментов. Количество струн – от четырех до шести.

Форма головы грифа тоже изменялась со временем. На ранних версиях были только такие головы, как на моем экземпляре:

Однако позже форма головы была изменена на более простую. Но не по каким-то технологическим причинам типа сложности изготовления, а по рекомендации Юрия Махина, который сказал, что такие головы неудобны в эксплуатации. Так появилась вторая версия головы грифа, которая на басу у Усанова (см. фото ниже) и, например, на этом басу, чьё фото мы видели в "определительной" теме:

Тем не менее, от первичного дизайна Амир не отказался полностью, и иногда делал басы и с такими головами уже после появления новой формы. К таким версиям, видимо, относится и инструмент Zayazz.

Теперь по поводу электроники. На моём экземпляре и экземпляре Zayazz стоят датчики с маркировкой «BR».

При этом, если у Zayazz схема активная, то у меня в корпусе есть выемка под батарейку, но она не задействована, а схема — пассивная. Также установлен потенциометр push-pull, но он не распаян.

Амир прояснил эту ситуацию.

В части электроники было две «версии» инструментов:

1. Датчики собственной намотки Амира Шарипова.
Это был основной вариант для инструментов, шедших «в серию» (насколько вообще можно говорить о серийности в условиях мастерового производства). Датчики мотал сам Амир. Эти инструменты комплектовались активной схемой — предусилителем, который изготваливали на заводе, а Амир только впаивал их в схему. Такие басы, логичным образом, работали от батарейки и имели полноценную активную схему (детали схемы и преампа мы не обсуждали).

2. Датчики мастера Романа Бродского (маркировка «Br»).
Их поставлял Амиру Юрий Махин, и в преимущественно они устанавливались на заказных инструментах. Роман Бродский — мастер, занимавшийся намоткой звукоснимателей, впоследствии уехавший в Австралию. Амир и Бродский планировали наладить «серийное» взаимодействие, и были в принципе договоренности об этом, но отъезд Бродского отменил эти планы.

Датчики Бродского отличались мощным сигналом. И на первых инструментах с ними Амир и Махин выяснили, что при подключении датчиков к эларовскому активному преампу получается перегруз «из коробки». Поэтому, чтобы не менять схему преампа (которых уже было заготовлено + сам Амир не специалист по электрике и придумать «правильную» схему для работы эларовских преампов с датчиками Бродского он не мог), решили распаивать датчики BR на пассивную схему, без предусилителя.

Одновременно, шаблон корпуса был единым для всех инструментов. В нём изначально предусматривалась выемка под батарейку. Соответственно, для инструментов с датчиками Бродского получалось как бы схема «на вырост»: фрезировка под батаерйку есть, push-pull для переключения «актив/пассив» стоит, но в целом схема пассивная, а батарейка не нужна. А дальше уж заказчик сам мог дополнить схему чем считал нужным, в том числе эларовским преампом (соответственно, в моем случае – он этого делать не стал и на моем экземпляре схема пассивная, но с выемкой под батарейку и нераспаянным push-pull). Экземпляр Zayazz, видимо относится как раз к таким (либо активная схема уже была распаяна владельцем инструмента).

Все инструменты покрывались подкрашенным типографской краской двухкомпонентным лаком, сергиево-посадского производства с кислотным отвердителем. При этом с черными инструментами, видимо из-за воздействии кислоты на типографскую краску получался зеленоватый оттенок. По словам Амира, это происходило практически сразу на всех чёрных экземплярах. На красных инструментах (как у Павла Усанова или Zayazz) такого эффекта не наблюдалось, проблема касалась только чёрной краски.

Основным каналом сбыта произведенных инструментов (помимо заказных для конкретных музыкантов) были перекупы, работавшие в Москве. Он привозил готовые инструменты в столицу, где их приобретали перекупы, и дальнейшая судьба большинства экземпляров ему неизвестна. Этим, кстати, объясняется и сложность идентификации мастера на протяжении многих лет — инструменты расходились по рукам, теряя связь с производителем.

Ближе к концу производственного периода (вторая половина 1990-х годов) Амир договорился с магазином «Мир музыки» на Маяковке в Москве. Через «Мир музыки» инструменты начали расходиться уже более цивилизованным способом. Например, Амиру позже рассказали, что несколько басов из этой партии были проданы в Венгрию.

В этот же период, фурнитуру для инструментов Амир закупал у Александра Шамрая.

Ориентировочный период активного производства басов модели «ШАРМ» (во всех ее вариациях) — с 1993 по 1998 год. После этого Амир отошёл от гитарного дела, примерно по тем же причинам, что Russtone и многие другие – конкурировать с поставками из Китая, Индонезии и т.д. стало невозможным. Как и Евгений Береза, Амир занялся тогда производством мебели. Сейчас он переехал в Москву и работает таксистом.

На сегодняшний день можно с уверенностью говорить о нескольких музыкантах, в руках которых находились басы работы Амира Шарипова.

Юрий Махин. Как уже говорилось, именно Юрий стал первым заказчиком, и, можно сказать, «идейным вдохновителем» баса такой формы. Связка «Шарипов — Махин» дала и название модели, пусть и не прижившееся как логотип.

Павел Усанов. Бас-гитарист группы «Любэ» играл на красном шестиструнном басе. Фотографии этого периода доступны и активно обсуждались в сообществе. Бас был сделан для Усанова, когда тот учился на первом курсе в Гнесинке. И, по словам Амира, так получилось, что его басы также были у двух человек из Гнесинки, которые в тот же момент учились на втором и третьем курсах (Амир назвал их имена, но я не запомнил). В итоге он говорил, что Павел ему рассказывал, что над ними прикалывались из-за басов от «одного поставщика».

Виталий Осташов. Это неподтвержденная информация. Сам Шарипов говорит, что он для него инструмента не делал, что не отменяет вероятности того, что Осташов мог приобрести его самостоятельно (у тех же перекупов). Однако по ходу поисков автора этого баса, были свидетельства того, что он на таком играл.

Александр Ростоцкий. Отдельно стоит упомянуть Александра Ростоцкого. В разговоре Амир сказал, он делал черный бас для Ростоцкого, и по ряду признаков на опубликованном мной видео, он предполагает, что мне достался именно этот бас (в первую очередь потому, что в основном черные басы шли с собственными датчиками и эларовским преампом, а Ростоцкому он делал бас с датчиками Бродского). Но стопроцентной уверенности у него нет, слишком много времени прошло.

В качестве резюме.

Сейчас, когда найден и опрошен сам мастер, можно считать очередное белое пятно в истории отечественного гитаростроения закрытым. Бас-гитары, которые долгое время фигурировали в коллекциях и на фотографиях как «работы неизвестного мастера», получили автора — Амира Шарипова из Чебоксар, а также название модели — полуофициальное «ШАРМ» (Шарипов + Махин).

Памятка коллекционеру: как опознать бас работы Амира Шарипова

Если вы встретили бас-гитару, предположительно произведённую в России в 1990-х годах, и подозреваете в нём работу Амира Шарипова, обратите внимание на следующие признаки:

1. Форма корпуса. Вдохновлена моделями Fodera (симбиоз Imperial и Monarch). Верхний «рог» плавно изогнут, нижняя часть имеет характерный вырез для возможности установки бриджа для безголовых гитар (в терминологии самого Шарипова – «обрубки»). Форма универсальна: встречаются как обычные ладовые, так и безладовые версии, а также безголовые варианты с колковой механикой в бридже.

2. Бронзовый бридж (ранние экземпляры). Тяжёлый, фрезерованный из цельного куска металла (не литьё). Сёдла роликовые, регулируются винтами под плоскую отвёртку (шлиц). Антабки и верхний порожек — тоже бронзовые, фрезерованные.

3. Чёрный цвет с зеленым отливом. Если инструмент чёрный и со временем приобрёл зеленоватый оттенок — это следствие использования типографской краски и кислотного отвердителя. Характерная примета, особенно заметная при ярком освещении. Впрочем, это неспецифический признак. который скорее всего характеризует многие инструменты (у Музим тоже такая же история)
4. Датчики. На заказных экземплярах могут стоять датчики с маркировкой «Br» (Бродский Роман). Они имеют высокий выхлоп и, скорее всего, будут по пассивной схеме (но не обязательно), даже если в корпусе есть выемка под батарейку.
5. Выемка под батарейку и push-pull. На всех инструментах корпус фрезеровался по единому шаблону, поэтому выемка под батарейку присутствует даже на пассивных моделях. На пассивных экземплярах там пусто, а потенциометр push-pull не распаян.
6. География. Если инструмент найден в Поволжье (особенно в Чувашии, Чебоксарах) и представляет собой качественную мастеровую копию японцев и Фендера — это может быть ранняя работа Шарипова.
7. Отсутствие логотипа. Подавляющее большинство инструментов не имеет никаких надписей на голове грифа. Если же логотип «ШАРМ» присутствует — это редкий ранний экземпляр.

На этом детектив можно считать закрытым. В принципе, контакты Амира у меня есть, так что если какая-то интересная информация осталась нераскрытой – то пишите тут, я могу задать дополнительные вопросы.

Предлагаю дополнить информацией о "Шармах" краткий путеводитель по кооперативным и мастеровым гитарам [link]

[ Редактирование 22.02.2026, 13:29 ]

Представительство моей коллекции в интернете - здесь

Наверх